Архив журналов






Не спеша иду по Невскому проспекту, впереди – Дворцовая площадь. Взгляд выхватывает надпись на одном из зданий: «При артобстреле эта сторона улицы наиболее опасна». Сейчас февраль 2015 года, напоминаю себе, и чувство безопасности обволакивает теплым облаком... В начале ноября 1941 году в Ленинграде было произведено пятое снижение продовольственных норм по карточкам: 250 граммов хлеба на рабочую карточку, 125 граммов – на служащую, детскую и иждивенческую. Наступил период голодной блокады. Были снижены нормы и для войск: на первой линии получали 500 граммов хлеба, в тыловых частях – 300 граммов... Сворачиваю на Малую Садовую улицу, поднимаю голову. Ой! Как живые, два котика сидят на подставках близ окон. Это памятники блокадному коту Елисею и кошке Василисе. И сегодня мой рассказ – о верных хвостатых друзьях и помощниках человека, которые наравне с людьми терпели блокадные ужасы и даже умудрялись приносить пользу.

ZOO•БИЗНЕС №1-2/2015

 

  • «Увидев кошку, я поняла: мы выжили»
  • Рыжий «слухач»
  • Крысиное нашествие
  • Кот Максим
  • Груз особого назначения

    ВИДЕОСЮЖЕТ

К

онечно, некоторые считают, что история о «блокадных кошках» просто грустная легенда. Однако документы и воспоминания блокадников говорят об обратном. Да и как ответить на вопрос: откуда в пустом и полуразрушенном городе, обескровленном блокадой, вдруг появилось столько усатых-полосатых и куда подевались целые полчища крыс?

«Увидев кошку, я поняла: мы выжили»

Кошки блокадного Ленинграда... Это рассказ одновременно и трогательный, и печальный. Да и как же иначе, ведь все события почти 900-дневной истории города на Неве – одни из самых трагических в жизни советского народа в суровые годы Великой Отечественной войны. Тогда животные сохранили жизнь многим людям. И пусть поначалу кошкоедов осуждали, но ведь потом оправданий уже не требовалось – люди просто хотели и пытались выжить. Вот о чем писали в те дни коренные ленинградцы...

«У нас был кот Васька. Любимец в семье. Зимой 41-го мама его унесла куда-то, сказала, что в приют, — мол, там его будут рыбкой кормить, а мы-то не можем... Вечером мама приготовила что-то наподобие котлет. Тогда я удивилась: откуда у нас мясо? Ничего не поняла... Только потом... Получается, что благодаря Ваське мы выжили в ту зиму...».

«3 декабря 1941 года. Сегодня съели жареную кошку. Очень вкусно», – записал в своем дневнике 10-летний мальчик.

«Соседского кота мы съели всей коммунальной квартирой еще в начале блокады», – писала Зоя Корнильева.

«Глинский предложил мне взять его кота за 300 грамм хлеба, я согласился: голод дает себя знать, ведь вот уже как три месяца живу впроголодь, а в особенности декабрь месяц, при уменьшенной норме и при абсолютном отсутствии каких-либо запасов продовольствия. Поехал домой, а за котом решил зайти в 6 часов вечера. Холодина дома страшная. Термометр показывает только 3 градуса. Было уже 7 часов, я уже было собрался выйти, но ужасающей силы артиллерийский обстрел Петроградской стороны, когда каждую минуту ждал что вот-вот, и снаряд ударит в наш дом, заставил меня воздержаться выйти на улицу, да притом и находился в страшно нервном и лихорадочном состоянии от мысли, как это я пойду, возьму кота и буду его убивать? Ведь до сих пор я и птички не трогал, а тут домашнее животное!» – из дневника жителя блокадного Ленинграда…

1942-й год. Кошек в Ленинграде остались единицы. Их появление воспринималось ленинградцами как чудо. Питерцы рассказывали случай, как весной 1942 года одна полуживая от голода старушка вынесла своего мурлыку на улицу – погулять. К ней подходили люди... Нет, не для того, чтобы отнять и съесть животное – прохожие благодарили бабушку, что она сохранила котика. А одна бывшая блокадница вспоминала, что в марте 1942 года случайно увидела на одной из улиц четвероногое существо в потертой шубке неопределенного цвета. Вокруг кошки стояли и крестились какие-то старушки – а может быть, это были молодые женщины: тогда трудно было понять, кто молод, а кто стар. Серенькое диво охранял милиционер – длиннющий и худющий как скелет «дядя Степа», на котором висела милицейская форма. Он следил, чтобы никто не изловил или не обидел животное.

А вот еще одно воспоминание... Двенадцатилетняя девочка в апреле 1942 года, проходя мимо кинотеатра «Баррикада», увидела толпу у окна одного дома. Люди дивились на необыкновенное зрелище: на освещенном весенним солнцем подоконнике лежала полосатая кошка с тремя котятами. «Увидев ее, я поняла, что мы выжили», – вспоминала много лет спустя та девочка, став взрослой. Увы, такие случаи были редкостью...

Чтобы помнили...БЛОКАДНЫЕ КОШКИ

Блокада города Ленинграда, замкнутая немецкими войсками, с привлечением финских и испанских соединений, военно-морских сил Италии, а также с участием добровольцев из Северной Африки и Европы, длилась с 8 сентября 1941 года по 27 января 1944-го. Блокадное кольцо было прорвано 18 января 1943 года. Погибли более миллиона жителей города, 36 тысяч награждены медалями «За оборону Ленинграда», 155 тысяч – знаком «Жителю блокадного Ленинграда». Но люди не забыли и о братьях меньших. Во дворе главного здания Санкт-Петербургского государственного университета 14 ноября 2002 года был открыт памятник кошке – как дань уважения тысячам животных, погибших за те страшные 872 дня.

Рыжий «слухач»

«Пошли, хозяин, прятаться…» – именно так переводилось на человеческий язык поведение кошек, когда они во время войны, предчувствуя налет немецких бомбардировщиков, дыбили шерсть, шипели, издавали раздраженные вопли и прямиком неслись в ближайшее бомбоубежище. Ценность их предупреждения была в том, что о беде, готовой обрушиться с неба, они узнавали раньше радарных установок.

Надо сказать, что и против фашистских захватчиков коты тоже воевали исправно. Среди легенд военного времени есть история про рыжего кота-«слухача». Он прибился к зенитной батарее под Ленинградом и предупреждал солдат о вражеских налетах, причем на приближение советских самолетов кот не реагировал – свои. Командование, сначала не поверившее в это чудо, со временем убедилось в безошибочности кошачьих прогнозов и оценив хвостатого слухача за его редкий дар, взяло рыжего героя на довольствие, приставив к нему «ординарца» – присматривать.

Крысиное нашествие

Страшной зимой 1941-1942 годов блокадный Ленинград одолевали крысы. Люди умирали от голода, а крысы плодились и размножались, передвигаясь по городу целыми колониями. Были созданы даже специальные бригады по уничтожению грызунов, но справиться с серым нашествием они были не в состоянии: грызуны съедали даже те крохи еды, что оставались в городе. Не менее страшным было и то, что крысы создавали угрозу эпидемий. Никакие традиционные методы борьбы с ними не помогали, а кошек – главных охотников на крыс – в Ленинграде уже давно не было: всех домашних животных съели. Такой обед являлся порой единственной возможностью сохранить жизнь. Кто осудит умиравших от голода людей?

Валентина Осипова – сотрудница храма прп. Серафима Саровского в Форносово, это в Тосненском районе Ленинградской области, вспоминала: «В доме во время бомбежки вылетели стекла, мебель давно стопили. Мама спала на подоконнике – благо они были широкие, как лавка, – укрываясь зонтиком от дождя и ветра. Однажды кто-то, узнав, что мама беременна мною, подарил ей селедку... Дома мама положила подарок в укромный уголок, надеясь съесть после работы. Но вернувшись вечером, нашла от селедки хвостик и жирные пятна на полу – крысы попировали...». Это была трагедия, которую поймут лишь те, кто пережил блокаду. А кошку взять было негде. Да и чем ее было кормить?

А вот рассказ блокадницы Киры Логиновой: «Тьма крыс длинными шеренгами во главе со своими вожаками двигались по Шлиссельбургскому тракту прямо к мельнице, где мололи муку для всего города. В крыс стреляли, их пытались давить танками, но ничего не получалось: они забирались и благополучно ехали на танках дальше. Это был враг организованный, умный и жестокий…»

Еще одна женщина с ужасом рассказывала, как однажды ночью выглянула в окно, а вся улица кишит крысами. После этого она долго не могла уснуть. Когда крысы переходили дорогу, даже трамваи вынуждены были останавливаться.

Кот Максим

Тем не менее некоторым ленинградцам удалось сохранить своих питомцев. Из уст в уста передается в Ленинграде история легендарного кота Максима. На дворе стоял январь – самый страшный месяц, когда от голода умирало очень много людей. В одной семье чудом уцелели домашние любимцы: кот и попугай, в недавнем благополучном сытом прошлом – заклятые враги. Кот Максим даже перестал мяукать, выпрашивая еду. Говорящий попугай Жак молчал и с голоду тоже лишился своего роскошного оперения. Да что говорить о животных, когда люди не в состоянии были добыть себе хоть-какое-то пропитание! Вот как писал об этом маленькая девочка, хозяйка кота Максима и попугая Жака:

«В нашей семье дошло до того, что дядя требовал кота Максима на съедение чуть ли не каждый день. Мы с мамой, когда уходили из дома, запирали Максима на ключ в маленькой комнате. Жил у нас еще попугай Жак. В хорошие времена Жаконя наш пел, разговаривал. А тут с голоду весь облез и притих. Немного подсолнечных семечек, которые мы выменяли на папино ружье, скоро кончились, и Жак наш был обречен. Кот Максим тоже еле бродил – шерсть вылезала клоками, когти не убирались, перестал даже мяукать, выпрашивая еду. Однажды Макс ухитрился залезть в клетку к Жаконе. В иное время случилась бы драма. А вот что увидели мы, вернувшись домой! Птица и кот в холодной комнате спали, прижавшись друг к другу. На дядю это так подействовало, что он перестал на кота покушаться...»

Попугай через несколько дней погиб. А кот выжил и стал живой легендой – едва ли не единственным, пережившим блокаду! Рассказ о нем передавался из уст в уста, многие люди приходили посмотреть на такое чудо, учителя приводили целые классы на экскурсии. А Максим оказался долгожителем. Он дожил до 20 лет и умер от старости в 1957 году.

Груз особого назначения

Сегодня коренных ленинградских кошек фактически не существует, выжили единицы. Те мурлыки, которые сейчас обитают в питерских дворах, – потомки ярославских и сибирских кошек, привезенных в город в рамках знаменитых кошачьих мобилизаций. Первая состоялась сразу после прорыва блокады, 18 января 1943 года. А в апреле 1943 года председатель Ленсовета подписал постановление о необходимости «выписать из Ярославской области и доставить в Ленинград четыре вагона дымчатых кошек». Дымчатые ярославские кошки считались лучшими крысоловами.

Заполучить кота или кошку домой тогда было практически невозможно: когда выживших после битвы с крысами ярославских героев раздавали населению, выстроились огромные очереди – как за хлебом. А в блокадном дневнике писателя Леонида Пантелеева за январь 1944 года есть любопытная запись: «Котенок в Ленинграде стоит 500 рублей». Подумать только: килограмм хлеба с рук стоил тогда 50 рублей, а зарплата сторожа была 120 рублей! Одна старушка, пережившая блокаду, спустя много лет вспоминала: «За кошку отдавали самое дорогое, что у нас было, – хлеб. Я сама оставляла понемногу от своей пайки, чтобы потом отдать этот хлеб за котенка женщине, у которой окотилась кошка».

Чтобы помнили...БЛОКАДНЫЕ КОШКИ

В историческом центре Петербурга есть два маленьких, неприметных, на первый взгляд, памятника: коту Елисею и кошке Василисе. Две фигурки друг напротив друга на Малой Садовой – это памятник ярославским кошкам. 25 января 2000 года в память об этих событиях на Малой Садовой улице была установлена фигурка Кота Елисея, которую подарил городу известный петербургский предприниматель Илья Ботка. Высота кота 33 см, весит он 25 кг. Кот Елисей важно восседает на углу дома № 8, по Малой Садовой улице, наблюдая за прогуливающимися внизу людьми. Но поскольку малосадовому Коту стало «скучно» в одиночестве потешать гуляющую по пешеходной улице публику, то питерский историк Сергей Лебедев предложил на карнизе одного из домов по той же Малой Садовой водрузить фигурку кошки Василисы. Идея понравилась, а две скульптуры животных в натуральную величину вылепил и отлил из металла скульптор-анималист Владимир Петровичев. 1 апреля 2000 года состоялось открытие памятника кошке Василисе, которая расположилась на карнизе второго этажа дома № 3. Маленькая и грациозная, слегка согнув переднюю лапу и подняв хвост, она кокетливо смотрит вверх.

Ярославские кошки достаточно быстро сумели отогнать грызунов от продовольственных складов, однако полностью решить проблему сил не хватало. И в конце войны была объявлена еще одна кошачья мобилизация – для спасения фондов Эрмитажа и других ленинградских дворцов и музеев. На сей раз мурок и барсиков рекрутировали в Сибири. Этот «Кошачий призыв» тоже прошел успешно. В одной только Тюмени собрали 238 котов и кошек. Первым «переселенцем» был кот Амур, хозяйка которого пожелала «внести свой вклад в борьбу с ненавистным врагом». Всего же в Ленинград было отправлено пять товарных вагонов «груза особого назначения» – 5000 омских, тюменских и иркутских котов. «Мяукающая дивизия» – так в шутку называли прибывших животных блокадники – была брошена в «бой». Сначала кошки, измученные переездом, осматривались и всего боялись, но быстро оправились от стресса и принялись за дело. Улицу за улицей, чердак за чердаком, подвал за подвалом, не считаясь с потерями, доблестно отвоевывали они город у крыс. И вскоре очистили Ленинград от грызунов, спасая для жителей остатки съестных припасов, а самих людей – от эпидемии. 16-летняя Катя Волошина, единственная из своей семьи, которая выжила в то страшное время, посвятила блокадному коту нехитрые стихи.

     Их оружие – ловкость и зубы.
     Но не досталось крысам зерно.
     Хлеб сохранен был людям!

Может быть, поэтому к кошкам в Питере сегодня такое теплое отношение? Да и сегодняшние объявления о найденных представителях славного кошачьего племени весьма необычны: «Помогите – возьмите бедолагу домой! Ведь сейчас не блокада, неужели не найдется у вас для котика или кошечки несколько капель молока, кусочка рыбки, хлебца»…

Чтобы помнили...БЛОКАДНЫЕ КОШКИ

Скульптор А. Дема, архитекторы С. Михайлов и Н. Соколов. Памятник Установлен во дворе главного здания Петербургского государственного университета по Университетской набережной, 9. Это первый памятник кошке, установленный в России. Фигура кошки изготовлена из полированного гранита, ее высота составляет чуть более метра.

В Тюмени вы найдете не одну и не две скульптуры, посвященные кошкам. Здесь есть целая аллея, которая так и называется – «Аллея сибирских кошек». Двенадцать покрытых золотистой краской фигурок кошек и котят поднимают настроение и делают солнечный день еще светлее. Аллея сибирских кошек не просто скульптурная композиция. Она была создана в память о тех кошках, которых во время второй мировой войны отправляли из Сибири защищать Эрмитаж и Петродворец от крыс и мышей. Возможно, только благодаря этому «кошачьему призыву» мы можем сегодня любоваться полотнами великих мастеров в лучших музеях Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Сегодня двенадцать скульптур кошек и котят, вылитых из чугуна и покрытых специальной золотистой краской, смотрят на мирный город...

Лилия ВИШНЕВСКАЯ

Смотреть встроенную онлайн галерею в:
http://zoobusiness.kiev.ua/miscellaneous/chtoby-pomnili-blokadnye-koshki.html#sigProId4186140c62

Сейчас, в трудное для Украины время, когда страдают люди, вместе с ними нелегко приходится и животным.

Но человек, как вершина цепочки всего живого на Земле, все равно должен помнить, что он «в ответе за тех, кого приручил».

Милосердие и сострадание присущи человеку. Давайте помнить об этом. А факты истории только подтверждают, что наши любимцы всегда рядом с нами и дарят нам то, в чем мы нуждаемся именно сейчас: в мирное время – любовь и преданность, в трудное – даже жизнь.

Прочитано 627 раз
Лилия Вишневская

Эл. почта Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Оставить комментарий

 

Украина
04080 Киев
ул. Тульчинская, 9-Б
Главный редактор : Сергей Чижиков

https://twitter.com/zoo_sv

Статистика



Просмотреть полную статистику

Журналы

Top
Если нашли ошибку, выделяете её мышкой и нажимаете сочетание CTRL+ENTER