Архив журналов






«Первое апреля – никому не верю». Эта пословица стара как мир – так думаем мы. Но на самом деле Дню дураков в этом году исполняется «всего» 450 лет! День смеха возник во Франции в 1564 году в связи с переносом начала года с 1 апреля на 1 января. Не получив в тот день традиционных подарков, разочарованные французы стали считать 1 апреля днем обмана. И хотя этот праздник не официальный, зато веселый и всеми любимый.

Сегодня День Дураков по всему миру отмечают по-разному. Традиционно, в таких странах как Новая Зеландия, Ирландия, Великобритания, Австралия и Южная Африка, розыгрыши устраиваются только до полудня, называя тех, кто шутит после этого времени, «апрельскими дураками».

ZOO•БИЗНЕС №4/2014

 

Один из самых смешных розыгрышей произошел в 1957 году: BBC опубликовало репортаж о небывалом урожае макарон в Швейцарии. Компания получила немало писем: кто-то удивлялся, что макароны растут вертикально, а не горизонтально, кто-то просил выслать рассаду и лишь немногие высказывали легкую растерянность, ведь до сих пор они были уверены, что макароны изготавливаются из муки... У нас же главное празднование Дня дурака – Юморина – проходит в Одессе.

Все пошло от Петра

В

России массовый первоапрельский розыгрыш впервые состоялся в Москве в 1703 году при  Петре Первом. Глашатаи ходили по улицам и приглашали всех желающих посетить «неслыханное представление». От зрителей не было отбоя. А когда в назначенный час распахнулся занавес, все увидели на подмостках полотно с надписью: «Первый апрель – никому не верь!» На этом «неслыханное представление» закончилось. С конца XVIII века произведениях многих писателей и поэтов века появляются строчки про первоапрельские розыгрыши. В 1825 году Пушкин писал Дельвигу:

Брови царь нахмуря,
Говорил: «Вчера
Повалила буря
Памятник Петра».
Тот перепугался:
«Я не знал!.. Ужель?» –
Царь расхохотался:
«Первый, брат, апрель!».


А вот строчки из стихотворения русского поэта Алексея Аптухина, написанное в 1858, которое так и называется – «Первое апреля»:


Денек весёлый! С давних пор
Обычай есть патриархальный
У нас: и лгать, и всякий вздор
Сегодня всем пороть нахально.
Хоть ложь-то, впрочем, привилась
Так хорошо к нам в самом деле,
Что каждый день в году у нас
Отчасти — первое апреля


А теперь – самое интересное. Этот случай произошел в середине марта 1788 года по старому стилю, то есть накануне анекдотического 1 апреля. О нем упоминается в книге Л.-Ф. де Сегюра «Записки о пребывании в России в царствование Екатерины II». Заметьте: случилось это с императрицей, которая считалась всеми подданными своей пространной империи образцом мудрости, благоразумия, кротости и доброты.
Один богатый иностранец, придворный банкир Ричард Сутерланд, сменив английское подданство на русское, пользовался особым расположением императрицы. Однажды поутру в его спальню ворвался перепуганный слуга и объявил, что дом окружен солдатами и что сам обер-полицеймейстер Петербурга г-н Рокотов желает с ним переговорить. Не подозревая ничего дурного, банкир соглашается принять раннего гостя. Служака со смущенным видом входит в комнату и тут происходит следующий диалог.


   – Господин Сутерланд, – говорит Рокотов, – я с прискорбием получил поручение от императрицы исполнить приказание ее, строгость которого меня пугает; не знаю, за какой проступок, за какое преступление вы подверглись гневу ее величества.
   – Я тоже ничего не знаю и, признаюсь, не менее вас удивлен, – отвечает банкир. – Но скажите же наконец, какое это наказание?
   –У меня, право, – отвечает полицеймейстер, – не достает духу, чтоб вам объявить его.
   – Неужели я потерял доверие императрицы?
   – Если б только это, я бы не так опечалился: доверие может возвратиться и место вы можете получить снова.
   – Так что же? Не хотят ли меня выслать отсюда?
   – Это было бы неприятно, но с вашим состоянием везде хорошо.
   – Господи, – воскликнул испуганный Сутерланд, – может быть, меня хотят сослать в Сибирь?
   – Увы, и оттуда возвращаются!
   – В крепость меня сажают, что ли?
   – Это бы еще ничего: и из крепости выходят.
   – Боже мой, уж не иду ли я под кнут?
   – Истязание страшное, но от него не всегда умирают.
   – Как, – воскликнул банкир в отчаянии, – моя жизнь в опасности? Императрица, добрая, великодушная, на днях еще говорила со мной так милостиво, неужели она захочет... Но я не могу этому верить. О, говорите же скорее! Лучше смерть, чем эта неизвестность!
   –  Императрица, – отвечал уныло полицеймейстер, – приказала мне сделать из вас чучелу...
   – Чучелу? – вскричал пораженный Судерланд. – Да вы с ума сошли! И как же вы могли согласиться исполнить такое приказание, не представив ей всю его жестокость и нелепость?
   – Ах, любезный друг, я сделал то, что мы редко позволяем себе делать: я удивился и огорчился, я хотел даже возражать, но императрица рассердилась, упрекнула меня за непослушание, велела мне выйти и тотчас же исполнить ее приказание; вот ее слова, они мне и теперь еще слышатся: «Ступайте и не забывайте, что ваша обязанность – исполнять беспрекословно все мои приказания».

Невозможно описать удивление, гнев и отчаяние бедного банкира. Полицеймейстер дал ему четверть часа сроку – привести в порядок его дела. Сутерланд тщетно умолял его позволить ему написать письмо императрице, дабы прибегнуть к ее милосердию. Полицеймейстер, наконец, согласился, но, не смея нести прошение во дворец, взялся доставить его графу Брюсу. Граф сначала подумал, что полицеймейстер помешался, и, приказав ему следовать за собою, немедленно поехал к императрице. Екатерина, услыхав этот странный рассказ, восклицает:

   – Боже мой! Какие страсти! Рокотов точно помешался! Граф, бегите скорее, сказать этому сумасшедшему, чтобы он сейчас же поспешил утешить и освободить моего бедного банкира!
Граф выходит и, отдав приказание, к удивлению своему видит, что императрица хохочет.

   – Теперь, – говорит она, – я поняла причину этого странного случая: у меня была маленькая собачка, которую я очень любила; ее звали Сутерландом, потому что я получила ее в подарок от банкира. Недавно она околела, и я приказала Рокотову сделать из нее чучелу, но, видя, что он не решается, я рассердилась на него, приписав его отказ тому, что он из глупого тщеславия считает это поручение недостойным себя… Остается добавить, что Именным Высочайшим указом от 7 июля 1788 года Ричард Сутерланд был возведен, с нисходящим его потомством, в баронское достоинство Российской империи. Вот вам разрешение этой странной истории. Но если вспомнить, что произошла она аккурат в канун Дня Дураков, то наверняка покажется вам вдвойне забавнее!

Лилия ВИШНЕВСКАЯ

Прочитано 469 раз
Лилия Вишневская

Эл. почта Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Оставить комментарий

 

Статистика



Просмотреть полную статистику

ЖУРНАЛЫ

 

Top
Если нашли ошибку, выделяете её мышкой и нажимаете сочетание CTRL+ENTER