Архив журналов






«Мартышка к старости слаба глазами стала, Но у людей она слыхала, что это зло еще не так большой руки: Лишь стоит завести Очки...»

Или вот еще: «Ай, Моська! знать она сильна, что лает на Слона!»... Эти строчки мы с упоением декламировали в школе на уроках русской литературы. Нам рассказывали о баснях и о том, кто писал эти смешные произведения, в которых главные герои – звери – ссорятся, спорят, мирятся, обманывают и нахальничают. Конечно, смешными нам они казались именно в детстве, ибо с годами, перечитывая произведения великих баснописцев – Эзопа,  Лафонтена, Крылова, мы уже понимали: «все это было бы смешно, когда бы не было так грустно»...

Жил или не жил?

Жанр басни так же стар, как сама литература, и восходит к древнему греку Эзопу... О, эта личность до сих пор носит на себе ореол таинственности и сплошных загадок. Поэтому невозможно говорить о баснях, не упомянув старика Эзопа!

ZOO•БИЗНЕС №12/2014

  • Жил или не жил?
  • «Здесь русский дух, здесь Русью пахнет!»
  • Петр Клодт, его работы и зверинец

Он олицетворяет собой парадокс, нередко встречающийся в истории: чем менее он заслуживает славы, тем более эта слава заслуженна...

Итак, если Эзоп существовал, то он, очевидно, был фригийским рабом или, по крайней мере, человеком, не заслужившим фригийский колпак свободы. Жил он примерно в VI веке до н. э. во времена того самого Креза, история которого вызывает у нас чувство восхищения и недоверия, как и все у Геродота. Существуют также версии о том, что Эзоп был уродом и сквернословом. Тем не менее его труды (как отметил знаменитый кардинал Ришелье) объясняют, но ничуть не оправдывают тех, кто столкнул баснописца в глубокую пропасть в Дельфах. Да, Эзоп мог быть вымыслом, как дядюшка Римус, но мог быть, как тот же дядюшка Римус, и реальностью. Ведь доподлинно известно, что в те времена перед рабами могли преклоняться – как перед Эзопом, или любить их – как дядюшку Римуса. Любопытно, что оба великих раба свои лучшие истории писали про зверей и птиц.

Заслугой Эзопа был не только жанр притчи, в которой впервые стали действовать герои – животные, но и превосходные сюжеты, в которых они своими действиями подводят читателя к морали. Из всех жанров литературы басня, пожалуй, самый назидательный жанр. Не будь аллегории и «эзопова языка», эти произведения наводили бы скуку, превращаясь в обыкновенные нравоучения. Но иносказание, а не прямое, в лоб, назидание, делают басню видом искусства.

Сам Эзоп не изобрел басни – басенные традиции возникли задолго до того, как этого, не в меру циничного, гражданина из Фригии столкнули в пропасть. Своим творчеством Эзоп доказывал, что в басне все персонажи должны отличаться постоянством характера: Лев обязательно оказывается сильнее Волка, Лиса всегда хитроумно следует окольным путем, нахально обманывая партнера по басне. Овца обречена тупо следовать своим курсом: она не способна оглядеться и отступить от раз и навсегда заведенных басенных правил. Одним словом, Эзоп не может допустить того, что Бальзак называл «бунтом овцы». Его басни основаны на той идее, что всякий выражает сам себя, поэтому Волк всегда будет вероломным Волчищей, а Лиса – пронырливой Алисой. Эти истины навечно выбиты на каждом камне, по которому ступает нога человека. Да, басни бывают самые разные, но мораль у всех басен одна. Потому что у всего на свете сущего одна мораль.

Басни. От Эзопа до Крылова

К творчеству античного поэта Эзопа обращаются современные режиссеры и актеры. Пьеса бразильского драматурга Г. Фигейредо «Лиса и виноград» об Эзопе была написана в 1953 и имела оглушительный успех в СССР. Ее ставили во МХАТе, ленинградском БДТ и еще во многих театрах. По пьесе в 1961 году на Ленфильме был снят фильм «Эзоп», в котором главную роль великого раба играл Александр Калягин, а роль его хозяина – Олег Табаков. Эта действительно великолепная пьеса о гордом мудреце смотрится с неослабевающим интересом и сегодня.

«Здесь русский дух, здесь Русью пахнет!»

О достоинствах языка в баснях Эзопа и Жана де Лафонтена споры в литературных кругах не утихают и по сей день. Но в одном ученые люди правы: оба они являются основателями жанра. Давно уже не секрет, что классик французской средневековой литературы Жан де Лафонтен большинство своих сюжетов заимствовал у Эзопа, только изложил их на превосходном французском. Более того, Лафонтен заключил басню в изящную стихотворную форму. До него басни, в том числе и Эзопом, писались исключительно в прозе. В каком-то отношении басни Лафонтена можно назвать переводами. Но поскольку в России французский был фактически вторым языком в образованной среде, лафонтеновские творения были очень известны и... способствовали известности Эзопа! Правда, все сказанное относится к тонкому слою дворянской элиты.

А вот первым, кто сумел сделать басню подлинно народной, донес до народа нравственный заряд басен, превратил басни в собрание пословиц, ушедших в народ, вошедших в его сознание наряду с пословицами предков, сделал язык басен доступным даже малограмотному крестьянину и ребенку, был третий гигант басенного жанра – Иван Андреевич Крылов. И хотя он, в свою очередь, использовал сюжеты Эзопа и Лафонтена, но у него много и собственных. Многие из них – отклик, что называется, на злобу дня: («Квартет», «Лебедь, Щука и Рак», «Ворона и курица», «Щука и кот», «Обоз»). Некоторые события, ставшие поводом для этих басен, давно забыты: например, «Квартет», в котором высмеивается тогдашний Государственный Совет – о них можно узнать разве что из примечаний. Зато басня «Волк на псарне», которую читал перед солдатами Кутузов, снявший шапку при словах «ты сер, а я, приятель, сед», хорошо известна как минимум прилежному школьнику. Впрочем, даже те басни Крылова, в которых сюжет заимствован («Ворона и лисица»), ни в коем случае нельзя считать переводами или подражаниями – они настолько русские, национальные, что сразу же стали выдающимся явлением прежде всего именно русской культуры и литературы. Осталась ли в них хоть толика французского? Или самая малость древнегреческого? Ну, это уже вопрос риторический.

Вообще, сюжеты басен Эзопа оказались «ходячими», их использовали многие баснописцы. В России басни писали Тредиаковский, Сумароков, Измайлов, Хемницер, Херасков, Дмитриев, но ни один из них по мастерству не может претендовать на сравнение с Крыловым. Это величины совершенно разного калибра и масштаба. Первые два – это явление доисторическое: язык коряв донельзя, мысль прямолинейна, лексика уже не древнерусская, но еще не русская. Почитайте басни Сумарокова и Тредиаковского! Языковая разница не просто большая – гигантская! И дело не только в том, что легче стали фразы и более просты и понятны слова. И не в том, что Крылов превратил Ворона в Ворону, и перед нами сцена поединка двух «женских» характеров (женщине обмануть мужчину ничего не стоит, а вот обмануть другую женщину – тут нужна хитрость лисы). Разница прежде всего художественная! У Крылова поэтические строки по-прежнему сохраняют всю свою прелесть для современного читателя. Крылов не просто пишет проще, понятнее, он пишет на другом языке, по-другому он и мыслит. Не зря ведь концовки многих его басен превратились в пословицы и поговорки. Вот строки из басен Крылова, сделавшихся пословицами и поговорками: От радости в зобу дыханье сперло. Услужливый дурак опаснее врага. Медвежья услуга. А ларчик просто открывался. У сильного всегда бессильный виноват. Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать. Хоть видит око, да зуб неймет. А Васька слушает да ест. Рыльце в пуху. Беда, коль пироги начнет печи сапожник, а сапоги тачать пирожник. А воз и ныне там... В этом отношении с Крыловым мог соперничать, пожалуй, только Грибоедов. Кстати, именно Крылову одному из первых читал Грибоедов по приезде в Петербург свое «Горе от ума».

Пушкин назвал Крылова «во всех отношениях самым народным поэтом», и Гоголь воздал ему должное: «Его притчи – достояние народное и составляют книгу мудрости самого народа. Звери у него мыслят и поступают совершенно по-русски: в их проделках между собою слышны проделки и обряды производств внутри России... Даже осел, который до того определился в характере своем, что стоит ему высунуть только уши из какой-нибудь басни, как уже читатель вскрикивает вперед: «это осел Крылова!» Даже осел, несмотря на свою принадлежность климату других земель, явился у Крылова русским человеком... Словом – всюду у него Русь и пахнет Русью».

У Крылова было отменное чувство юмора. Юмором переполнены его басни. И в жизни он не лез за словом в карман. Однажды, гуляя по Невскому проспекту, он встретил царя Николая. «Здорово, Иван Андреевич! Давненько не виделись!» «Давненько, Ваше Величество. А ведь, кажись, соседи!»

И когда в 1838 году в Петербурге торжественно отмечалось 50-летие литературной деятельности Крылова (по случаю чего была даже выбита памятная медаль с его изображением), Жуковский назвал этот юбилей «праздником национальным», сказал, что можно было «пригласить на него всю Россию». Юбиляр был пожалован орденом Станислава 2-й степени. Петербургскими литераторами с высочайшего соизволения, то есть с одобрения императора, был дан обед в зале Дворянского собрания, куда почли за честь явиться многие сановники и знаменитости – около 300 человек. Во время чествования поэт Петр Вяземский впервые назвал баснописца «дедушкой Крыловым», читая приветственную «Песнь в день юбилея И. А. Крылова». С легкой руки поэта это обращение сделалось народным именем Крылова по всей России. К баснописцу пришла феноменальная по тем временам известность. Его узнавали простые люди на улице, показывали детям: «Вон идет дедушка Крылов!».

Басни. От Эзопа до Крылова

Даже пушкинское «мой дядя самых честных правил» заимствовано из басни Крылова «Осел и мужик»! Крылов относился к Пушкину с огромным пиететом, и однажды, когда его разбудили и спросили, что он думает о Пушкине, он быстро ответил: «Пушкин – гений» и снова заснул. А вот какие страстные слова вырвались у него при известии о смерти Пушкина: «О! Если б я мог это предвидеть, Пушкин! Я запер бы тебя в моем кабинете, я связал бы тебя веревками... Если б я знал!»... Пушкин заходил к Крылову за день до дуэли с Дантесом.

Скончался Крылов пасмурным дождливым утром в собственном доме 21 ноября 1844 года. Умер скоропостижно, в три дня, причиной смерти стал паралич легких, наступивший в результате пневмонии. Правда, успел, по обыкновению, распустить слух, что то ли каши в обед переел, то ли протертых рябчиков, обильно политых маслом, за ужином перебрал. Что позволило современникам впоследствии утверждать, что великий баснописец умер от несварения желудка.

То, что он сам слагал о себе анекдоты, ничуть не вымысел. Поздней ночью, за несколько часов до смерти, Крылов попытался развеселить всех сидевших у его постели басней о самом себе. Сравнил себя с мужичком, который навалил на воз 400 пудов сушеной рыбы на свою худую лошаденку, потому как от большого ума полагал, что рыбка-то сушеная. Только лошадь этого не поняла да сдуру и окочурилась.

«Рябчики-то были протертые, – вывел мораль Крылов, – но лишек-то всегда не в пользу».
Сравнивая Лафонтена и Крылова, отмечая глубокое национальное своеобразие обоих, можно сказать одно: они навсегда останутся любимцами своих единоземцев. Говорят, что простодушие – врожденное свойство французского народа. И наоборот: отличительная черта в наших нравах – это разудалое лукавство ума, насмешливость и «кудрявый» способ выражаться...

Петр Клодт, его работы и зверинец

Через 10 лет после смерти великого баснописца в центре Петербурга, в Летнем саду, на собранные по подписке частные пожертвования Иван Андреевич Крылов был увековечен в бронзе. Многие ли знают, что он стал первым в России памятником литератору? Этот монумент – последняя крупная работа выдающегося скульптора Петра Клодта.

Забавно, что в издании 1918 года, еще с ятями, половину книги занимают анекдоты о Крылове. А еще там говорится вот что: «Самодержавие питало недобрые чувства к Крылову: Николай I не разрешил ставить памятник Крылову возле Публичной библиотеки, пришлось перенести его в Летний сад». И тут же, следом, не замечая комического противоречия в своих словах, автор предисловия пишет: «Тут, однако, он оказался на месте: среди деревьев, цветов, окруженный детьми, гуляющим народом всех сословий, который имеет здесь досуг разглядеть всех басенных зверей на его постаменте, искусно изваянных скульптором Клодтом». Вот тебе и недобрые чувства, которые питало самодержавие! Спасибо надо бы сказать Николаю I за тонкий вкус и точный выбор места памятнику! Кстати, история создания памятника не менее интересна, нежели вся жизнь великого баснописца.

Итак, неподалеку от входа в Летний сад с набережной Невы, среди густой зелени расположена детская площадка, в центре которой возвышается памятник, огражденный металлической решеткой. И краткая надпись на нем: «Крылову. 1855». Скульптор Петр Карлович Клодт изобразил Ивана Андреевича Крылова в будничной одежде, скопировав для большей точности просторный длиннополый сюртук, который баснописец носил в последние годы жизни. Крылов сидит на округлом камне, держа раскрытую книгу. Пьедестал сравнительно невелик и с четырех сторон сплошь покрыт бронзовыми фигурами различных животных – героев басен Крылова. На лицевой стороне, справа от надписи и даты, изображены герои «Квартета»: «проказница Мартышка, Осел, Козел да косолапый Мишка» с музыкальными инструментами. Чуть выше – остромордая лисонька из басни «Лиса и виноград» с жадностью смотрит на сочные грозди... Занятно, обходя памятник и внимательно рассматривая бронзовый зверинец, вспоминать знакомые с детства басни. «Ворона и Лисица», «Слон на воеводстве», «Кот и Щука», «Осел и Соловей», «Свинья под Дубом»... Крыловым было написано около 200 басен, 36 показаны скульптором на памятнике...

Мало кто знает, какую титаническую работу пришлось проделать Клодту по лепке с натуры всех этих животных! Жители Васильевского острова в Петербурге были немало удивлены, наблюдая в один из весенних дней 1831 года, как сын покойного барона Клодта фон Юргенсбурга заводит в свою небольшую квартирку в полуподвальном помещении на углу Академического переулка и Пятой линии коня! Но еще больше они были бы удивлены, если бы узнали, что происходило дальше в квартире Клодта. А об этом свидетельствует запись одного из очевидцев: «…хозяин ставил лошадь в одной из комнат, а самому уже поместиться негде; сядет, съежившись, у ее ног и рисует...» Да, именно в таких условиях творил свои шедевры человек, чье имя станет одним из самых значительных в мировой скульптуре. На четыре года мастерская Клодта на Литейном превратилась в настоящий зверинец, где в клетках и на привязи сидели дикие звери, а другие – ручные и миролюбивые – свободно разгуливали в помещении и даже заходили в жилые комнаты, поскольку квартира Клодта соединялась с мастерской переходом. Царские егеря передали в «зверинец» скульптора прирученного волка, из Новгородской губернии брат скульптора прислал медведя с двумя медвежатами, художник Боголюбов подарил обезьянку-макаку с острова Мадейра, сам Клодт приобрел овцу с ягненком, осла, журавля, лисицу. Были и другие звери и птицы. Впоследствии сын скульптора, Михаил Клодт, вспоминал: «Эти животные жили у нас как члены семьи. И чего только не было в обширных мастерских отца! Они наполнялись сплошным ревом, воем, блеянием, писком... Все это разношерстное общество жило бок о бок не только в клетках, многие свободно расхаживали по мастерской и по комнатам, и были дружны между собой, кроме волка, который не мог удержаться, чтобы не охотиться за кошками. Волк только с виду казался страшным, на деле же был привязан к людям, любил лежать на крыльце, сторожа вход в мастерскую. В сумерки его легко можно было принять за собаку...».

Клодт часто бывал на Мойке у немца Зама, содержащего большой зверинец, там делал этюды льва и других хищников. А чтобы понаблюдать за живым слоном, приходилось ездить в Царское Село. Когда все необходимые работы были закончены, скульптор передал своих животных в зверинец Зама.

Смотреть встроенную онлайн галерею в:
http://zoobusiness.kiev.ua/animals-in-art/basni-ot-ezopa-do-krylova.html#sigProId28773ef5a6

Интересна еще одна причина для установки памятника в Летнем саду – традиция. В далеком прошлом здесь устраивалось немало диковинных сооружений на потеху и удовольствие гуляющих. Еще в петровское время на обширном прямоугольном газоне по проекту архитектора Земнова был разбит зеленый лабиринт. При входе в него стояла отлитая из свинца и позолоченная статуя великого баснописца древности Эзопа. Самые различные животные – персонажи эзоповских басен, исполненные в натуральную величину из свинца, сверкая позолотой, в живых позах располагались в бассейнах, декорированных мхом, диким камнем и большими раковинами. Рядом стояли таблички с кратким изложением басен и пояснениями их иносказаний... Эзоп и его золотой зверинец давно исчезли: фонтаны были разрушены наводнением 1777 года, и память о них сохраняется лишь в названии реки Фонтанки. Спустя более полувека в Летнем саду снова появился памятник – на этот раз великому русскому баснописцу. 

Лилия ВИШНЕВСКАЯ

Прочитано 357 раз
Лилия Вишневская

Эл. почта Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Оставить комментарий

 

Украина
04080 Киев
ул. Тульчинская, 9-Б
Главный редактор : Сергей Чижиков

https://twitter.com/zoo_sv

Статистика



Просмотреть полную статистику

Журналы

Top
Если нашли ошибку, выделяете её мышкой и нажимаете сочетание CTRL+ENTER